— Ну, что? — исподлобья взглянул на четверых друзей маленький щуплый Тема.

— Любит наш Темочка задавать пустые вопросы, — насмешливо сощурилась Катя.

— А я вообще, между прочим, не к тебе обращаюсь, — проворчал тот.

— Начинается! — всплеснул руками Олег. Разговор происходил около его дома, где

все пятеро встретились перед уроками. Родная две тысячи первая школа, в которой они учились уже девятый год, стояла сразу же за железной оградой дома Олега.

— Лучше пошли скорей, — тихим голосом поторопила светловолосая Таня. — Пятнадцать минут до урока, ^ взглянула она на часы. — А в раздевалке у вас, сами знаете…

Раздевалка две тысячи первой школы представляла собой серьезное испытание даже для тренированных питомцев бурного девятого «В», где учились пятеро друзей; Перед уроками в гардеробе возникала такая давка, что лишь немногим удавалось проникнуть внутрь и выйти наружу без синяков и оторванных пуговиц.

— Подумаешь, раздевалка, — никогда не отягощал себя лишними проблемами долговязый Женька. — Лучше на улице поторчать. Смотрите, утро какое классное!

Утро и впрямь выдалось на славу. После затяжной слякотной и промозглой осени к середине декабря наконец настала зима. Портняжный переулок был весь в снегу. Деревья белели от инея.

— В общем-то, можем немного и постоять. — Олег поправил очки на переносице и с удовольствием вдохнул морозный воздух..

— Не простудиться бы, — сказал маленький Тема.

— Мальчик у нас осторожненький, — немедленно отреагировала Катя.

Темыч с самого раннего детства был в нее тайно влюблен. Катя это прекрасно знала и постоянно над ним подтрунивала. Тема страдал, но, несмотря на ветреность Кати, верил в лучшее будущее.

— Между прочим, напрасно смеешься, — с обидой отозвался он. — Сейчас каждый второй в Москве болен вирусным гриппом. Температура очень высокая. И уже есть несколько летальных исходов.